аспирант кафедры эндокринологии
MD, PhD-student
доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой эндокринологии
MD, PhD, Professor, Head of the Endocrinology Chair
доктор медицинских наук, профессор, ведущий научный сотрудник, заведующий отделением лучевых и комбинированных методов лечения, ФГБУ Российский научный центр рентгенрадиологии
MD, PhD, Professor, Leading Researcher, Head of the X-ray and combined therapy methods department
кандидат медицинских наук, ассистент кафедры эндокринологии
MD, PhD, Assistance Professor of the Endocrinology Chair
кандидат медицинских наук, ассистент кафедры эндокринологии
MD, PhD, Assistance Professor of the Endocrinology Chair
доктор медицинских наук, профессор кафедры онкологии и гематологии
MD, PhD, Professor of the Oncology and Haematology Chair
доктор медицинских наук, ведущий научный сотрудник
MD, PhD, Leading Researcher
доктор медицинских наук, эндокринолог
MD, PhD
доктор медицинских наук, профессор, заведующая отделом нейроонкологии
MD, PhD, Professor, Head of the Oncoendocrinology Department
Цель
Оценить распространенность морфофункциональных нарушений щитовидной железы у пациентов после комплексного лечения онкологических заболеваний в детстве и подростковом возрасте, выявить возможные факторы риска.
Материал и методы
Пациенты разделены на группы в зависимости от типа лучевой терапии (ЛТ):
Всем включенным помимо сбора анамнеза и клинического обследования проводилось определение уровня тиреоидных гормонов (ТТГ, св.Т4), АТ к ТПО, выполнялось УЗИ ЩЖ, при выявлении узловых образований более 1 см – тонкоигольная аспирационная биопсия с последующим цитологическим исследованием.
Результаты
Частота развития гипотиреоза у пациентов после лечения онкозаболеваний была максимальной в группе после лечения опухолей ЗЧЯ и составила 58,3% (35,4% – первичный гипотиреоз, 4,2% – центральный, 18,8% – смешанный). В группах после лечения лимфомы Ходжкина и после терапии ОЛЛ частота гипотиреоза значимо не отличалась от контроля и составила 17,24 и 9,09% соответственно. Частота встречаемости узлового зоба в вышеуказанных группах не отличалась от группы контроля и составила 8,3% у пациентов после лечения опухолей ЗЧЯ, 10,34% после терапии ОЛЛ и 20,69% после лечения лимфомы Ходжкина (р=0,277).
Заключение
Все больные, получавшие в детском и подростковом возрасте ЛТ по поводу онкологических заболеваний, должны наблюдаться у эндокринолога. Пациентам после облучения области шеи и средостения, а также после КСО показано проведение ежегодного обследования для исключения тиреоидной патологии.
Aim
The aim of our study was to analyze thyroid status in adults after treatment for malignancies in childhood and its relationship with dose and type of radiotherapy.
Material and methods
Thyroid function (TSH, free T4, anti-TPO), thyroid ultrasound and FNA (in case of thyroid nodules more than 1 cm) were evaluated in 106 adults with a history of radiotherapy for brain tumors (BT), acute lymphoblastic leukemia (ALL) and Hodgkin's lymphoma (HL) in childhood and compared with that in healthy controls (n = 33).
Results
Maximal incidence of hypothyroidism was in the group 2 – 58.3% (35.4% – primary, 4.2% – central, 18.8% – mixed). Prevalence of hypothyroidism in groups 1 (9.09%) and 3 (17.24%) doesn't significantly differ from controls. Thyroid volume was lower (mean 4.58±2.39 ml) in group 2 (p<0.001) in compare with other groups and control. TSH was higher (mean 3.72±2.51 MEd/l) in the same group in compare with group 1 and control (p=0.001). Incidence of thyroid nodules (10.34% – group 1; 8.3% – group 2; 20.7% – group 3) doesn't significantly differ between groups and controls (p=0.277).
Conclusions
These data indicate that treatment of cancer in childhood is associated with development of thyroid abnormality later during the life, and there is a possible link between craniospinal irradiation and incidence of hypo-thyroidism.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.