Preview

Значение некоторых ростовых факторов в патогенезе эндокринной офтальмопатии

https://doi.org/10.14341/ket2017112-19

Полный текст:

Аннотация

Цель. Целью настоящей работы явилось изучение роли трансформирующих факторов роста (TGF-β, FGF-2, VEGF-A) в течении эндокринной офтальмопатии (ЭОП).


Материал и методы. Было обследовано 119 больных ЭОП в возрасте 48 [30; 56] лет. Мужчин было 56 (47%). Контрольную группу составили 20 практически здоровых лиц, группу сравнения – 20 больных с аутоиммунной патологией щитовидной железы без ЭОП. Все группы были сопоставимы по полу и возрасту. Объектом исследования служили сыворотка крови и слезная жидкость. Для количественного определения трансформирующих факторов роста (TGF-β, FGF-2, VEGF-A) в крови и слезной жидкости использовали наборы для иммуноферментного анализа ООО “Биохиммак”. Диагноз ЭОП выставлялся на основании клинической картины, подтверждался визуализацией орбит, проведением компьютерной томографии (утолщение и/или увеличение рентгеновской плотности глазодвигательных мышц, изменение плотности ретробульбарной клетчатки, уменьшение расстояния между межскуловой линией и задним полюсом глазного яблока). Степень тяжести заболевания определялась согласно действующим классификациям. Статистическая обработка полученных данных проводилась при помощи программы Statistica 6.1.


Результаты. Обнаружено увеличение концентрации всех ростовых факторов в сыворотке крови и слезной жидкости у пациентов с ЭОП по сравнению с группой здоровых лиц. Отмечено, что в слезной жидкости нарастание концентрации исследованных ростовых факторов было связано со степенью тяжести заболевания и активностью процесса. Установлена разнонаправленная динамика содержания фактора роста васкулярного эндотелия. Так, максимальное значение в сыворотке крови определялось у пациентов с ЭОП легкой степени тяжести в неактивной форме, в слезе наибольшие показатели зафиксированы при тяжелой форме активного заболевания.


Выводы. У пациентов с ЭОП обнаружено нарастание концентрации FGF-2 и TGF-β в сыворотке крови и слезе в большей степени при тяжелых формах заболевания в активную фазу. Максимальные концентрации FGF-2 и TGF-β в сыворотке крови и слезе, VEGF-A в слезе зафиксированы в активную фазу тяжелой формы ЭОП. Полученные результаты позволяют расценивать FGF-2, TGF-β и VEGF-A в качестве биологических маркеров тяжести и активности ЭОП.

Для цитирования:


Харинцев В.В., Серкин Д.М., Серебрякова О.В., Харинцева С.В. Значение некоторых ростовых факторов в патогенезе эндокринной офтальмопатии. Клиническая и экспериментальная тиреоидология. 2017;13(1):12-19. https://doi.org/10.14341/ket2017112-19

For citation:


Charinzev V.V., Serkin D.M., Serebryakova O.V., Charinzeva S.V. The significance of some growth factors in the pathogenesis of endocrine ophthalmopathy. Clinical and experimental thyroidology. 2017;13(1):12-19. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/ket2017112-19

Список сокращений

FGF-2 – фактор роста фибробластов

PPARg – пролифератор активатор пероксисом гамма

TGF-β – трансформирующий фактор роста β

VEGF-A – фактор роста васкулярного эндотелия

ЭОП – эндокринная офтальмопатия

Актуальность

Эндокринная офтальмопатия (ЭОП) является заболеванием, сопровождающимся поражением всех структур и тканей орбиты, ассоциированным с дисфункцией щитовидной железы и имеющим аутоиммунную природу [1–5]. Различные авторы оценивают распространенность ЭОП от 0,02 до 0,8–1,2% всего населения [1–3, 6]. Легкие формы ЭОП превалируют среди пациентов, ЭОП, угрожающая потерей зрения (тяжелые формы), встречается гораздо реже – до 5% случаев [1, 3]. Морфологически ЭОП характеризуется утолщением глазодвигательных мышц, увеличением в объеме орбитальной клетчатки за счет процессов клеточной инфильтрации, накопления мукополисахаридов, гидратации, пролиферации эндомизия, трансформации фибробластов и преадипоцитов [1–4].

В последнее время расширяются представления о патогенезе ЭОП и вкладе в развитие и течение заболевания различных факторов: рецепторов-активаторов пролиферации пероксисом гамма (PPARγ) и их полиморфизмов, белков теплового шока, нейронспецифическойенолазы и цитокинов [1, 3, 4, 7–13]. Как нами было ранее показано, исследование известных медиаторов и маркеров в слезной жидкости является информативным в диагностике форм заболевания и представляет новые данные о патогенезе ЭОП [12–13]. Тем не менее до настоящего времени единой общепризнанной схемы развития заболевания не существует [2].

В настоящее время известно около 40 членов семейства трансформирующих факторов роста (TGF). Установлено, что TGF сохраняется в биологически неактивной форме во внеклеточном матриксе, образуя депо цитокина, способного быстро перейти в активную форму под влиянием ацидоза окружающих тканей при развитии воспаления. При развитии патологии TGF-β1 является основным медиатором формирования фиброза [14, 15]. Фактор роста васкулярного эндотелия (VEGF) – гликопротеин, связывающийся только с эндотелиальными клетками и стимулирующий их пролиферацию [16]. Нормальные функции VEGF – это создание новых кровеносных сосудов в эмбриональном развитии или после травмы, усиление роста мышц после физических упражнений, новых сосудов (коллатерального кровообращения), чтобы обойти блокированные сосуды. Избыточная экспрессия VEGF может вызвать сосудистые заболевания сетчатки глаз и других частей тела. VEGF играет важную роль при диабетической ретинопатии. Синтез и секреция фактора роста фибробластов (FGF) осуществляются активно делящимися фибробластами, что, по-видимому, играет роль в индукции ангиогенеза в течение заживления ран.

Цель

Целью настоящей работы явилось изучение роли трансформирующих факторов роста (TGF-β, FGF-2, VEGF-A) в течении ЭОП.

Методы

Было обследовано 119 больных ЭОП в возрасте 48 [30; 56] лет. Мужчин было 56 (47%). Контрольную группу составили 20 практически здоровых лиц, группу сравнения – 20 больных с аутоиммунной патологией щитовидной железы без ЭОП. Все группы были сопоставимы по полу и возрасту. Функциональное состояние щитовидной железы в изучаемой и контрольных группах на момент обследования представлено в табл. 1.

Таблица 1. Функция щитовидной железы у обследованных лиц

Исследование одобрено локальным этическим комитетом при ГБОУ ВПО Читинская государственная медицинская академия, протокол №57 от 13.11.2013. У всех лиц, включенных в исследование, было получено добровольное информированное согласие.

Критерии включения в исследование

В исследование включались пациенты с ЭОП в любую фазу заболевания и любой степени тяжести, вне зависимости от наличия или отсутствия сопутствующих заболеваний щитовидной железы, в возрасте 18–73 года. Диагноз ЭОП выставлялся на основании клинической картины, подтверждался визуализацией орбит, проведением компьютерной томографии (утолщение и/или увеличение рентгеновской плотности глазодвигательных мышц, изменение плотности ретробульбарной клетчатки, уменьшение расстояния между межскуловой линией и задним полюсом глазного яблока) и был подтвержден осмотром офтальмолога [3–5]. Степень тяжести заболевания определялась согласно действующим классификациям [3].

Критерии исключения из исследования

Критериями исключения из исследования служили:

  • заболевания глаз и придаточного аппарата другой этиологии;
  • острые соматические заболевания;
  • обострение хронических заболеваний;
  • онкологические заболевания;
  • алкоголизм и хроническая алкогольная интоксикация;
  • беременность и период лактации.

Объектом исследования являлись сыворотка крови и слезная жидкость. Сбор слезной жидкости производили методом адсорбции на фильтровальную бумагу. Для количественного определения трансформирующих факторов роста (TGF-β, FGF-2, VEGF-A) в крови и слезной жидкости использовали наборы для иммуноферментного анализа ООО “Биохиммак”.

Статистическая обработка полученных данных проводилась при помощи программы Statistica 6.1. Перед началом анализа вариационные ряды тестировались на нормальность, в связи с ненормальным распределением данные представлены в виде медианы (Me), нижнего и верхнего квартилей [Q25; Q75], для сравнения трех и более групп использовался критерий Крускала–Уоллиса, попарное сравнение осуществлялось с помощью метода Манна–Уитни.

Результаты

Нами было обнаружено увеличение концентрации всех ростовых факторов в сыворотке крови и слезной жидкости у пациентов с ЭОП по сравнению с группой здоровых лиц. Установлено превышение уровней TGF-β, FGF-2 и VEGF-A в крови у пациентов с аутоиммунной патологией щитовидной железы по сравнению с контролем на 14, 38 и 24% соответственно (табл. 2).

Таблица 2. Содержание трансформирующих факторов роста при ЭОП в сыворотке крови, пкг/мл (Me [Q25; Q75])

При анализе содержания TGF-β в сыворотке крови в исследуемой группе максимальные значения обнаружены при тяжелой степени поражения в активную фазу, превышая контрольные показатели в 1,6 раза, показатели группы сравнения – в 1,4 раза, легкой степени в активную фазу – в 1,2 раза. В неактивную фазу ЭОП сывороточные значения TGF-β превышали показатели контроля на 26–43%, а группы сравнения – на 11–25%, при этом отличий в зависимости тяжести процесса или при сравнении с активной фазой обнаружено не было (табл. 2).

Максимальная концентрация FGF-2 в сыворотке крови была обнаружена у пациентов с тяжелой степенью ЭОП в активную фазу и превышала контрольные показатели на 75%, показатели группы сравнения – на 27%, группы больных ЭОП легкой степени в аналогичную фазу – на 20%. Неактивная фаза ЭОП характеризовалась аналогичной динамикой концентрации данного ростового фактора с наибольшим значением при тяжелом процессе и превышением аналогичных показателей на 61 и 17% соответственно (табл. 2).

Содержание VEGF-A было максимальным при легкой степени ЭОП, при этом значения в неактивную фазу процесса были на 10% выше, чем в активную, на 64% выше, чем в контроле, и на 32% больше, чем в группе сравнения. При анализе в зависимости от степени тяжести ЭОП в неактивную фазу по сравнению с легкой степенью – при умеренно тяжелой и угрожающей потерей зрения ЭОП концентрация данного ростового фактора была меньше на 16 и 22% соответственно (табл. 2).

При анализе содержания TGF-β в слезе в исследуемой группе максимальные значения обнаружены у пациентов с тяжелой формой ЭОП в активную фазу, превышая контрольные показатели в 2,2 раза, показатели группы сравнения – в 1,95 раза, легкой степени в активную фазу – в 1,23 раза. Отличий в содержании TGF-β в слезе при тяжелой форме заболевания в зависимости от фазы нами обнаружено не было, при легкой степени ЭОП в неактивную фазу концентрация данного ростового фактора была ниже на 24%, а при средней – на 25% по сравнению с активной фазой (табл. 3).

Таблица 3. Содержание трансформирующих факторов роста при ЭОП в слезе, пкг/мл (Me [Q25; Q75])

Наибольшая концентрация FGF-2 в слезе была обнаружена у пациентов с тяжелой степенью ЭОП в активную фазу и превышала контрольные показатели в 4,6 раза, показатели группы сравнения – в 2,9 раза, группы больных ЭОП легкой степени – в 1,8 раза, средней степени – в 1,5 раза в аналогичную фазу. Неактивная фаза ЭОП характеризовалась меньшими уровнями FGF-2 в слезе при легкой, средней и тяжелой формах ЭОП на 25, 38 и 13% соответственно (табл. 3).

Содержание VEGF-A в слезе носило разнонаправленный характер с изменением данного показателя в сыворотке крови и было наибольшим при тяжелой ЭОП в активную фазу, превосходя уровни в когорте здоровых лиц в 3,4 раза, в группе сравнения – в 2,05 раза, пациентов с ЭОП легкой степени аналогичной фазы – в 1,6 раза, а средней степени ЭОП аналогичной фазы – на 15%. Концентрация VEGF-A в слезе у больных ЭОП легкой и средней степени в неактивную фазу была ниже аналогичных значений в активную фазу заболевания на 18,1 и 42% соответственно (табл. 3).

Обсуждение

Представления о патогенезе ЭОП в последнее время расширяются, установлены роли PPARγ и их полиморфизмов, белков теплового шока, цитокинов, нейронспецифической енолазы, но единой общепризнанной концепции формирования и течения заболевания до настоящего времени не существует [1–4, 7–10].

Обнаруженное повышение концентрации TGF-β в сыворотке крови и слезе при активности процесса и нарастании степени тяжести ЭОП, вероятно, обусловлено компенсаторным механизмом действия, направленным на активацию метаболизма соединительной ткани и моделирование процессов фиброзирования [17, 18]. TGF-β сохраняется в биологически неактивной форме во внеклеточном матриксе, и его высвобождение из латентного комплекса происходит под воздействием активных форм кислорода, при снижении рН, что происходит при развитии воспаления в тканях. TGF-β1 ингибирует пролиферацию эпителиальных, эндотелиальных, лимфоидных и гемопоэтических клеток [14]. Таким образом, можно расценивать TGF-β1 в качестве негативного регулятора функции иммунной системы, что, вероятно, необходимо для контроля над развитием гиперергических реакций [14]. Другой механизм подавления иммунологической реактивности связан с прямым подавлением TGF-β1 экспрессии генов ключевых белков цитотоксической программы CD8+-лимфоцитов, перфорина и гранзимов [17]. Обнаружено нарастание содержания TGF-β1 при катаракте, ранениях хрусталика и у пациентов с первичной открытоугольной глаукомой [18, 19].

FGF-2 – это семейство структурно связанных полипептидов, которые митогенны для большего числа типов клеток, имеют в настоящее время 19 представителей, которые стимулируют деление различных клеток мезенхимального происхождения, включая гладкомышечные и клетки сосудистого эндотелия [20].

FGF-2 является представителем суперсемейства белков (Fgfs), способных модулировать функциональную активность клеток различных типов. Будучи сигнальным секретируемым белком, оказывающим митогенное действие, FGF-2 играет ключевую роль в контроле процессов развития, стимулирует ангиогенез, ранозаживление. В отношении тканей глаза известно, что функции FGF-2 и других членов этого семейства связаны с участием в морфогенезе, ранозаживлении, поддержании пролиферации, обеспечении клеточной жизнеспособности и предотвращении апоптоза. Обнаруженное нарастание концентрации FGF-2 в сыворотке крови и слезе является маркером активности процесса и нарастания степени тяжести ЭОП. Аналогичные данные получены при исследовании FGF-2 при солидных опухолях, лейкозе и лимфомах [21].

VEGF-A – это сигнальный белок, вырабатываемый клетками для стимулирования васкулогенеза и ангиогенеза как в норме, так и при патологии. Микроциркуляторные проблемы в сетчатке людей с диабетом могут привести к ишемии сетчатки, что приводит к высвобождению VEGF, который начинает преобладать над антиангиогенными изоформами VEGFxxxb. VEGFxxx затем может привести к созданию новых кровеносных сосудов в сетчатке, предвещая изменения, которые могут представлять угрозу для зрения. VEGFxxxиграет важную роль в патологии влажной формы возрастной макулярной дегенерации. Обнаруженное нами снижение концентрации VEGF-A по мере нарастания тяжести и активности ЭОП, вероятно, обусловлено его патологической ролью и расходованием в процессе пролиферации и фиброза структур орбит. Обнаруженное повышение концентрации VEGF-A в легкую стадию ЭОП объясняется превалированием процессов его образования на фоне начальных пролиферативных изменений в структурах орбиты по сравнению с процессами потребления в патогенезе заболевания. Обратная динамика VEGF-A в слезе свидетельствует о выраженной степени повреждения структур орбиты, особенно слезной железы при отсутствии значимого потребления указанного фактора роста в данной биологической среде [22].

Выводы

У пациентов с ЭОП обнаружено нарастание концентрации FGF-2 и TGF-β в сыворотке крови и слезе в большей степени при тяжелых формах заболевания в активную фазу.

Установлена разнонаправленная динамика уровня VEGF-A в слезе по сравнению с сывороткой крови в зависимости от степени тяжести и активности ЭОП.

Максимальные концентрации FGF-2 и TGF-β в сыворотке крови и слезе, VEGF-A в слезе зафиксированы в активную фазу тяжелой формы ЭОП, наибольший уровень VEGF-A в сыворотке крови выявлен в неактивную фазу ЭОП легкой степени тяжести.

Полученные результаты позволяют расценивать FGF-2, TGF-β и VEGF-A в качестве биологических маркеров тяжести и активности ЭОП.

Дополнительная информация

Финансирование исследования. Работа выполнена при поддержке Президента Российской Федерации (грант № МД-4448.2013.7).

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов, связанного с проведением исследования и публикацией статьи.

Список литературы

1. Петунина Н.А., Трухина Л.В., Мартиросян Н.С. Эндокринная офтальмопатия: современный взгляд // Проблемы эндокринологии. – 2012. – Т. 58. – №6. – C. 24–32. [Petunina NA, Trukhina LV, Martirosyan NS. Endocrine ophthalmopathy: state-of-the-art approaches. Problems of Endocrinology. 2012;58(6):24-32. (in Russ.)] doi: 10.14341/probl201258624-32.

2. Бровкина А.Ф. Эндокринная офтальмопатия. – М.: ГЭОТАР-Медиа; 2008. [Brovkina AF. Endokrinnaya oftal’mopatiya. Moscow: GEOTAR-Media; 2008. (in Russ.)]

3. Дедов И.И., Мельниченко Г.А., Свириденко Н.Ю., и др. Федеральные клинические рекомендации по диагностике и лечению эндокринной офтальмопатии при аутоиммунной патологии щитовидной железы // Проблемы эндокринологии. – 2015. – Т. 61. – №1. – С. 61–74. [Dedov II, Melnichenko GA, Sviridenko NY, et al. Federal clinical recommendations on diagnostics and treatment of endocrine ophthalmopathy associated with autoimmune thyroid pathology. Problems of Endocrinology. 2015;61(1):61-74. (in Russ.)] doi: 10.14341/probl201561161-74.

4. Серкин Д.М. Роль белков теплового шока и антител к ним, полиморфизма PPARγ рецептора в патогенезе эндокринной офтальмопатии: Дис. ... канд. мед. наук. – Чита; 2013. [Serkin DM. Rol’ belkov teplovogo shoka i antitel k nim, polimorfizma PPARγ retseptora v patogeneze endokrinnoi oftal’mopatii [dissertation]. Chita; 2013. (in Russ.)]

5. Серкин Д.М., Серебрякова О.В., Просяник В.И. Клиническая характеристика эндокринной офтальмопатии в Забайкалье // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: Биология, клиническая медицина. – 2011. – Т. 9. – №1. – С. 168–171. [Serkin DM, Serebryakova OV, Prosyanik VI. Clinical сharacteristic of Graves’ orbitopathy in region Zabaykalye. Vestnik Novosibirskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Biologiya, klinicheskaya meditsina. 2011;9(1):168-171. (in Russ.)]

6. Wiersinga WM, Bartalena L. Epidemiology and prevention of Graves’ ophthalmopathy. Thyroid. 2002;12(10):855-860. doi: 10.1089/105072502761016476.

7. Серкин Д.М., Серебрякова О.В., Серкин М.А., и др. Роль полиморфизмов PRO12ALA и C1431T PPARγ в развитии эндокринной офтальмопатии // Клиническая и экспериментальная тиреоидология. – 2013. – Т. 9. – №3. – С. 51–55. [Serkin DM, Serebryakova OV, Serkin MA, et al. Polymorphism of Pro12Ala and C1431T PPARγ in the pathogenesis of Graves’ orbitopathy. Clinical and experimental thyroidology. 2013;9(3):51-55. (in Russ).] doi: 10.14341/ket20139351-55.

8. Серкин Д.М., Серебрякова О.В., Харинцева С.В., и др. Значение сочетаний полиморфизмов PRO12ALA и C1431T PPARγ в формировании эндокринной офтальмопатии // Забайкальский медицинский вестник. – 2014. – №2. – С. 38–43. [Serkin DM, SerebryakovaOV, Kharintseva SV, et al. Znachenie sochetanii polimorfizmov PRO12ALA i C1431T PPARγ v formirovanii endokrinnoi oftal’mopatii. Zabaikal’skii meditsinskii vestnik. 2014;(2):38-43. (in Russ.)]. Доступно по: http://chitgma.ru/zmv2/journal/2014/2/7.pdf. Ссылка активна на 25.01.2016.

9. Серкин Д.М., Серебрякова О.В., Харинцева С.В., Харинцев В.В. Система сывороточных белков теплового шока при эндокринной офтальмопатии // Забайкальский медицинский вестник. – 2013. – №1. – С. 57–61. [Serkin DM, Serebryakova OV, Kharintseva SV, Kharintsev VV. System of serum heat shock protein in thyroid eye disease. Zabaikal’skii meditsinskii vestnik. 2013;(1):57-61. (in Russ.)] Доступно по: http://chitgma.ru/zmv2/journal/2013/1/10.pdf. Ссылка активна на 25.01.2016.

10. Патент РФ на изобретение №2503011/ 27.12.13. Бюл. №36. Серкин Д.М., Серебрякова О.В., Серкин М.А., и др. Способ индивидуального назначения системной пульс-терапии глюкокортикостероидами пациентам с эндокринной офтальмопатией. [Patent RUS №2503011/ 27.12.13. Byul. №36. Serkin DM, Serebryakova OV, Serkin MA, et al. Sposob individual’nogo naznacheniya sistemnoi pul’s-terapii glyukokortikosteroidami patsientam s endokrinnoi oftal’mopatiei. (in Russ.)]

11. Серкин Д.М., Серебрякова О.В., Серкин М.А., и др. Роль полиморфизмов Gly482Ser гена PPARGC 1A и Ala203Pro гена PPARGC 1B в развитии эндокринной офтальмопатии // Клиническая и экспериментальная тиреоидология. – 2015. – Т. 11 – №2. – С. 45–50. [Serkin DM, Serebryakova OV, Serkin MA, et al. Polymorphism of Gly482Ser PPARGC 1A and Ala203Pro PPARGC 1B in the pathogenesis of Graves’ orbitopathy. Clinical and experimental thyroidology. 2015;11(2):45-50. (in Russ.)] doi: 10.14341/ket2015245-50.

12. Харинцев В.В., Серкин Д.М., Серебрякова О.В., и др. Роль нейронспецифической енолазы в течение эндокринной офтальмопатии и формировании оптической нейропатии // Клиническая и экспериментальная тиреоидология. – 2015. – Т. 11 – №4. – С. 31–35. [Charinzev VV, Serkin DM, Serebryakova OV, et al. The role of neuron specific enolase for endocrine ophthalmopathy and the formation of optic neuropathy. Clinical and experimental thyroidology. 2015;11(4):31-35. (in Russ.)] doi: 10.14341/ket2015431-35.

13. Харинцев В.В., Серебрякова О.В., Серкин Д.М., и др. Роль некоторых про- и противовоспалительных цитокинов в течении эндокринной офтальмопатии // Забайкальский медицинский вестник. – 2013. – №1. – С. 33–40. [Charinzev VV, Serebryakova OV, SerkinDM, et al. The role of some pro-inflammatory and anti-inflammatory cytokines in the development of endocrine ophthalmopathy. Zabaikal’skii meditsinskii vestnik. 2013;(1):33-40. (in Russ.)] Доступно по: http://chitgma.ru/zmv2/journal/2013/1/10.pdf. Ссылка активна на 25.06.2016.

14. Esmon CT. The interactions between inflammation and coagulation. Br J Haematol. 2005;131(4):417-430. doi: 10.1111/j.1365-2141.2005.05753.x.

15. Szotowski B, Antoniak S, Poller W, et al. Procoagulant soluble tissue factor is released from endothelial cells in response to inflammatory cytokines. Circ Res. 2005;96(12):1233-1239. doi: 10.1161/01.RES.0000171805.24799.fa.

16. Karp JE, Broder S. Molecular foundations of cancer: new targets for intervention. Nat Med. 1995;1(4):309-320. doi: 10.1038/nm0495-309.

17. Кетлинский С.А., Симбирцев А.С. Цитокины. – СПб.: Фолиант; 2008. – 552 с. [Ketlinskii SA, Simbirtsev AS. Сytokines. St. Petersburg: Foliant; 2008. 552 p. (in Russ.)]

18. Balkwill FR. Cytokine cell biology. Oxford: Oxford University press; 2001. 520 р.

19. Chu AJ, Wang ZG, Walton MA, Seto A. Involvement of MAPK activation in bacterial endotoxin-inducible tissue factor upregulation in human monocytic THP-1 cells. J Surg Res. 2001;101(1): 85-90. doi: 10.1006/jsre.2001.6271.

20. Stoker M, Gherardi E. Regulation of cell movement: the motogenic cytokines. Biochim Biophys Acta. 1991;1072(1):81-102. doi: 10.1016/0304-419X(91)90008-9.

21. Гнатенко Д.А., Копанцев Е.П., Свердлов Е.Д. Роль сигнального пути FGF/FGFR в канцерогенезе поджелудочной железы // Биомедицинская химия. – 2016. – Т. 62. – №6. – С. 622–629. [Gnatenko DA, Kopantsev EP, Sverdlov ED. The role of the FGF / FGFR signaling pathway in pancreatic carcinogenesis. Biomedical Chemistry. 2016;62(6):622-629. (in Russ.)]

22. Нероев В.В., Слепова О.С., Рябина М.В., и др. Изменение содержания VEGF в слезной жидкости и сыворотке крови у больных с влажной формой возрастной макулярной дегенерации на фоне лечения препаратом Луцентис // Российский офтальмологический журнал. – 2013. – Т. 6. – №3. – С. 62–65. [Neroev VV, Slepova OS, Ryabina MV et al. Change in VEGF content in lacrimal fluid and serum in patients with a moist form of age-related macular degeneration during treatment with Lucentis. Rossiyskiy oftal’mologicheskiy zhurnal.2013;6(3):62-65. (in Russ.)]


Об авторах

Владимир Вячеславович Харинцев

ФГБОУ ВО Читинская государственная медицинская академия


Россия

аспирант кафедры нормальной физиологии


Конфликт интересов:

конфликт интересов отсутствует



Дмитрий Михайлович Серкин

ФГБОУ ВО Читинская государственная медицинская академия


Россия

кандидат медицинских наук, доцент кафедры госпитальной терапии и эндокринологии


Конфликт интересов:

конфликт интересов отсутствует



Ольга Владимировна Серебрякова

ФГБОУ ВО Читинская государственная медицинская академия


Россия

доктор медицинских наук, доцент, заведующая кафедрой госпитальной терапии и эндокринологии


Конфликт интересов:

конфликт интересов отсутствует



Светлана Владимировна Харинцева

ФГБОУ ВО Читиснкая государственная медицинская академия


Россия

доктор медицинских наук, профессор, заведующая кафедрой офтальмологии


Конфликт интересов:

конфликт интересов отсутствует



Дополнительные файлы

1. Таблица 1. Функция щитовидной железы у обследованных лиц
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Посмотреть (23KB)    
Метаданные
2. Таблица 2. Содержание трансформирующих факторов роста при ЭОП в сыворотке крови, пкг/мл (Me [Q25; Q75])
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Посмотреть (123KB)    
Метаданные
3. Таблица 3. Содержание трансформирующих факторов роста при ЭОП в слезе, пкг/мл (Me [Q25; Q75])
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Посмотреть (123KB)    
Метаданные

Для цитирования:


Харинцев В.В., Серкин Д.М., Серебрякова О.В., Харинцева С.В. Значение некоторых ростовых факторов в патогенезе эндокринной офтальмопатии. Клиническая и экспериментальная тиреоидология. 2017;13(1):12-19. https://doi.org/10.14341/ket2017112-19

For citation:


Charinzev V.V., Serkin D.M., Serebryakova O.V., Charinzeva S.V. The significance of some growth factors in the pathogenesis of endocrine ophthalmopathy. Clinical and experimental thyroidology. 2017;13(1):12-19. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/ket2017112-19

Просмотров: 165


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 1995-5472 (Print)
ISSN 2310-3787 (Online)