Preview

Клиническая и экспериментальная тиреоидология

Расширенный поиск
Том 15, № 2 (2019)

De Gustibus 

38-41 251
Аннотация

Статус йодной обеспеченности является ключевым фактором, определяющим частоту нарушений щитовидной железы у взрослых лиц. В обсуждаемом исследовании приводятся данные об изменении частоты возникновения нозологических подтипов явного тиреотоксикоза и гипотиреоза у взрослых лиц в период увеличения потребления йода после введения обязательного йодирования соли в Дании. Авторы тщательно изучили истории болезни всех новых пациентов с явным тиреотоксикозом и гипотиреозом, зарегистрированных в 2014–2016 гг. в открытой когорте населения Северной Ютландии (n = 309 434), где исторически наблюдается умеренный дефицит йода, и сопоставили с показателями заболеваемости в 1997–1998 гг., до начала обязательного йодирования соли в 2001 г. За этот период времени потребление йода с питанием практически удвоилось. При этом уровень заболеваемости подтвержденным явным тиреотоксикозом существенно снизился: с исходного показателя 97,5 случая на 100 000 человек в год в 1997–2000 гг. до 48,8 случая на 100 000 человек в год в 2014–2016 гг. Этот результат был обусловлен значительным снижением заболеваемости многоузловым токсическим зобом, токсической аденомой и болезнью Грейвса во всех возрастных группах как у женщин, так и у мужчин. При этом общая заболеваемость первичным явным гипотиреозом не изменилась.

Оригинальные исследования 

44-54 5738
Аннотация

Обоснование. На сегодняшний день проведен ряд клинических исследований, в которых продемонстрировано как положительное, так и нейтральное влияние селена (Se) на течение аутоиммунной патологии щитовидной железы (ЩЖ).


Цель: изучить влияние селенметионина на функцию ЩЖ при эутиреоидном носительстве АТ-ТПО (АИТ в фазе эутиреоза), а также на прогноз течения аутоиммунного тиреоидита в фазе субклинического гипотиреоза.


Методы. В исследование были включены женщины в возрасте от 20 до 50 лет: 40 пациенток – носительниц АТ-ТПО и 11 пациенток с субклиническим гипотиреозом (ТТГ 4,0–10,0 мЕд/л) и носительством АТ-ТПО (АТ-ТПО > 100 мЕд/л). Пациентки были рандомизированы в две группы терапии: 1) Se (200 мкг), 2) динамическое наблюдение. Исходно и каждые 3 мес наблюдения оценивались показатели: ТТГ, св.Т4, св.Т3, АТ-ТПО, также проводилось УЗИ щитовидной железы, оценивались объем и эхогенность паренхимы ЩЖ. Период наблюдения составил 12 мес.


Результаты. Не было получено статистически значимых отличий между группами терапии по сравнению с контролем по динамике уровней ТТГ, св.Т3, св.Т4, АТ-ТПО, объему и эхогенности паренхимы щитовидной железы у носительниц АТ-ТПО в течение всего периода наблюдения. Среди пациенток с субклиническим гипотиреозом и носительством АТ-ТПО не отмечалось статистически значимых отличий между группами терапии по динамике показателей св.Т3, св.Т4, АТ-ТПО, объему и эхогенности паренхимы щитовидной железы в течение всего периода наблюдения, на 12-м месяце наблюдения в группе Se у статистически значимо большего числа пациенток фиксировался эутиреоз (ТТГ менее 4,0 мкМЕ/мл).


Заключение. Применение Se в фармакологических дозах (200 мкг в сутки) у пациенток с эутиреозом и субклиническим гипотиреозом в сочетании с носительством АТ-ТПО не сопровождалось значимой динамикой проявлений АИТ и функции ЩЖ. Среди пациенток с субклиническим гипотиреозом и носительством АТ-ТПО к 12-му месяцу наблюдения статистически значимо большее количество пациентов в группе Se достигло эутиреоза.

Обзоры литературы 

55-63 14117
Аннотация

В мировых профессиональных медицинских сообществах продолжается активное обсуждение модификаций системы стратификации признаков злокачественности узлов щитовидной железы TI-RADS (англ. Thyroid Imaging Reporting And Diagnostic System). Система предназначена в первую очередь для отбора узлов для выполнения пункционной биопсии. Классификация должна быть единой для всех медицинских учреждений нашей страны, простой в использовании и понятной для врачей различных специальностей. В статье представлена модификация TI-RADS, подготовленная для обсуждения в профессиональных сообществах России. Выделены “большие” эхопризнаки (специфичность ≥95%), наиболее характерные для рака щитовидной железы, и “малые” признаки (специфичность ≥90%), дополнительные, позволяющие перевести узел из категории TI-RADS 3 в категорию TI-RADS 4 для выполнения пункции. При сравнении показателей диагностической информативности данного варианта TI-RADS с европейским (EU-TIRADS) отмечено, что оба варианта имели одинаковую специфичность – 93%. Отечественный вариант несколько превышал европейский по показателям чувствительности, соответственно 94,2 и 91,0%, что можно объяснить учетом дополнительных “малых” признаков злокачественности, что позволяет рекомендовать к обсуждению в России предложенный отечественными экспертами вариант TI-RADS.

64-72 6679
Аннотация

Вторичный гипотиреоз – редкая патология, при диагностике и лечении которой возникает ряд вопросов и трудностей. Выделяют казуистически редко встречающуюся врожденную и приобретенную формы данного заболевания. Основными причинами вторичного гипотиреоза у взрослых являются опухоли гипоталамо-гипофизарной области и состояния после оперативного и лучевого воздействия на эту область. Гормонально активные и неактивные макроаденомы гипофиза служат причиной развития приобретенного вторичного гипотиреоза более чем в 50% случаев. При лучевой терапии опухолей головного мозга развитие вторичного гипотиреоза возможно спустя годы после проведенного лечения. Как и при первичном гипотиреозе, клинические проявления вторичного гипотиреоза неспецифичны. Диагностика и лечение данного заболевания зачастую осложняются его сочетанием с недостаточностью других тропных гормонов. Основу диагностики вторичного гипотиреоза составляют анамнестические данные и лабораторные показатели – одновременное определение концентрации св.Т4 и ТТГ. Содержание св.Т4 на сегодняшний день также используют как основной маркер адекватности дозы L-Т4 при лечении вторичного гипотиреоза. Результаты недавно проведенных работ позволяют оптимизировать заместительную терапию при вторичном гипотиреозе, однако до настоящего времени остается неизученным вопрос использования дополнительных биохимических маркеров для оценки адекватности заместительной терапии.

73-82 3111
Аннотация

В настоящей статье авторы проанализировали данные по проблеме йодной обеспеченности населения России и мира на 2019 г. Проблема дефицита йода по-прежнему остается нерешенной на территории постсоветского пространства (медианная концентрация йода в моче (мКЙМ) в Абхазии составила 29,1 мкг/л, в Казахстане почти у 30% обследованных показатели мКЙМ оказались ниже нормативных значений), хотя некоторые страны достигли определенных успехов в борьбе с йодным дефицитом (мКЙМ в Беларуси – 191 мкг/л, Украине – 169 мкг/л). На остальной части евразийского континента картина тоже неоднородна: среди общей массы стран с нормальной мКЙМ выделяются территории как с дефицитом йода (в Великобритании мКЙМ колеблется от 80 до 138 мкг/л, в Финляндии – 63 мкг/л), так и с чрезмерным его потреблением (Китай – 330,0 мкг/л). На территории Америки в 2016 г. объявлено о ликвидации дефицита йода (показатели мКЙМ колеблются от 123 мкг/л (Аргентина) до 415 мкг/л (Колумбия)), а единственной страной с зафиксированным дефицитом йода является Гаити – 84 мкг/л. Приводятся данные исследований разных лет в следующих регионах РФ: Москва (мКЙМ 67,0 мкг/л), Санкт-Петербург (66,0–86,0 мкг/л), Тюменская область (106,9 мкг/л), Новосибирск (93,0 мкг/л), Республика Башкортостан (70,3 мкг/л), Республика Дагестан (65,8 мкг/л), Кемеровская область (90,0 мкг/л), Саратовская область (59,0–106,0 мкг/л), Томская область (94 мкг/л), Дальневосточный регион (58,0–74 мкг/л), Челябинская область (92,0–164,5 мкг/л), Чувашская Республика (72,0 мкг/л), Пермский край (100,0 мкг/л). Практически на всей территории Российской Федерации отмечен дефицит йода легкой степени тяжести.



ISSN 1995-5472 (Print)
ISSN 2310-3787 (Online)